14 марта 2025 года Совет Федерации одобрил закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти». Документ предусматривает обновлённую модель организации и деятельности органов местного самоуправления, уточняет их компетенцию и полномочия.

Согласно закону регионы смогут самостоятельно определять: переходить на одноуровневую систему местного самоуправления либо сохранить двухуровневую — с сельскими и городскими поселениями. Одноуровневая система предполагает ликвидацию поселковых и сельских Советов, а двухуровневая, соответственно, их сохраняет.
В Шилкинском районе в прошлом году состоялась попытка публичного обсуждения реформы местного самоуправления, перехода района в муниципальный округ. Пока в некоторых поселениях к подобным переменам отнеслись настороженно. Людям неясно, какие конкретные будут последствия этой реформы на земле, общественность переживает о том, что власть отдалится от народа, став централизованнее. Смотрят и на опыт других районов Забайкалья, пытаются понять, стало ли в селах и городках жить лучше, как решаются проблемные вопросы жителей.
Уже много лет корреспонденты «ШП» ко Дню органов местного самоуправления готовят интервью с главами различных сельских поселений (не все соглашаются), чтобы узнать, как они видят жизнь на селе, какие шаги они делают, чтобы удовлетворить нужды своих односельчан. И самое главное, в каких условиях им приходится брать ответственность за поддержание жизни на своей малой родине. Большинство из них всегда сетуют на то, что полномочия их как глав практически не обеспечены рублем. Говоря языком обывателя, на все один ответ: «Нет средств». В этой связи интересно, сможет ли новый принцип организации местной власти изменить ситуацию, и не запоздало ли решение для сёл Забайкалья? Покажет время.
В этом году участником нашего интервью стал молодой глава сельского поселения «Галкинское» Виктор СОЗИНОВ. Виктор Сергеевич родился в 1991 году, окончил школу в с. Галкино. После службы в отдельном специальном батальоне постоянной боевой готовности морской пехоты в Приморье вернулся на малую родину. Начал работать в Карымской дистанции пути забайкальской железной дороги на ст. Галкино и заочно учился в Забайкальском техникуме железнодорожного транспорта. После трех лет работы монтером пути был назначен сначала бригадиром по контролю, а затем бригадиром по текущему содержанию пути. В сентябре 2023 года был выбран главой сельского поселения.

Корр.: — Виктор Сергеевич, почему вы решили принять участие в выборах главы и как спустя время вы воспринимаете эту должность? Какие первые шаги, первые задачи встали перед вами?
Виктор Созинов: — Решил попробовать себя, смогу или не смогу. Село в упадке сильном, думал, что-то смогу сделать. Должность очень сложная. Осенью как раз была подготовка к пожароопасному сезону: надо было найти того, кто бы обновил минполосы. И весной 2024-го опять же требовалось подготовить поселение к возможным пожарам. А количество финансовых средств очень ограничено.
Корр.: — Была ли у вас мысль, когда вы шли на эту работу, что средства есть, просто никто ничего не делает?
В.С.: — Мои предшественники были Игорь Миронов и Сергей Петрович Комогорцев. Я задумывался, почему так, неужели все так плачевно. Ведь они сложили с себя полномочия. Но теперь я их понимаю: в финансах ограничены, а предписаний от всевозможных органов масса. Например, нет освещения в селе. Судья спрашивает, назовите причину, по которой вы не можете этого сделать. У нас одна причина — отсутствие денежных средств. А средства там нужны такие, которые превышают бюджет наш в два с лишним раза. В селе нет ни одного предприятия, к кому обратиться за помощью. В 80-90-е годы в Савино, например, был кирпичный завод, в Галкино — колхоз, в Зубарево — завод ЖБИ. Люди работали, молодежи было много. Чтобы что-то сделать, надо заключить контракт, а денег для оплаты нет.
Корр.: — Какой бюджет вашего поселения?
В.С.: — В этом году — 10 миллионов рублей. Туда входят зарплаты всех работников администрации — меня, заместителя, специалиста, техника-землеустроителя, водителя, уборщицы — и отчисления в налоговую и Пенсионный фонд. Плюс мы сезонно нанимаем кочегаров, которые отапливают клубы и администрацию. Несем расходы на топливо, уголь и электроэнергию.
Корр.: — Бюджет формируется, в том числе и из налогов, НДФЛ, земельного и имущественного. А какой это размер, если налогооблагаемая база небольшая? В каких сферах у вас задействовано трудоспособное население? Сколько всего жителей в вашем поселении?
В.С.: — Жителей всего более 800 человек. Большая часть из них пенсионеры, а остальные работают в железнодорожной отрасли, в социальной — школе и клубе, у индивидуальных предпринимателей, вахтой. От 13% НДФЛ в бюджет поселения идет только 2%.
Корр.: — Что при столь скромном бюджете вам бы хотелось сделать в первую очередь? Освещение?
В.С.: — Да, во всех селах. У нас совсем нет освещения. Чтобы осветить улицы, нам надо более 20 млн рублей с установкой столбов, с прокладкой линии. Если вешать на те же столбы, которые ведут к домам местных жителей, надо за их аренду платить. Опять же все упирается в деньги.
Корр.: — Большое значение для вашего поселения имеет проходящая через села железная дорога: она и работодатель, и для транспортной доступности создает условия?
В.С.: — Да, благодаря железной дороге у нас есть транспортное сообщение между селами. До Савино на запад порядка 9 км, до Зубарево на восток 6 км. Нам еще повезло, что мы находимся на региональной автодороге «Дарасун — Солнцево». Она в ведении «ЗабАвтоДор» находится, раз в месяц они ее грейдируют. Самое напряженное время в период подвоза школьников в межсезонье. С руководством этого предприятия мы постоянно на связи: если нужно, они идут навстречу.
Корр.: — Какие еще вопросы, кроме освещения, вам хотелось бы решить?
В.С.: — Необходима установка контейнерных площадок, пожарных резервуаров. Суды проходят, штрафы выставляют, выполнить мы ничего не можем — замкнутый круг.
Корр.: — В программах, которые периодически появляются, участвуете? Например, в прошлом году были выделены небольшие средства на освещение сел или асфальтирование участков улиц.
В.С.: — В прошлом году была программа «Добрые дела», давали 500 тысяч рублей. Установил тренажеры в Савино на 300 тысяч рублей, на 200 тысяч закупил забор для ограждения аллеи возле памятника. Вдвоем с водителем установили, краску купил, работницы администрации покрасили.
Корр.: — Как обстоит дело с социальными объектами, в каком они состоянии?
В.С.: — В селе работают ФАП, школа, детский сад и Дом культуры. Школа у нас полная, 11 классов. Состояние ее считаю более, чем хорошим. Полностью заменены оконные блоки, электропроводка. Поддержку в ремонте в прошлом году также оказала ОАО «РЖД» в лице начальника Забайкальской железной дороги Владимира Александровича Антонца и ООО «Алгактая» в лице генерального директора Елены Владимировны Панкратовой. Кадры молодые есть, успеваемость хорошая. Детей, конечно, очень мало. В мое время классы были большие.
Корр.: — В плане социального благополучия, криминала как складывается ситуация в вашем поселении?
В.С.: — В целом ситуация у нас нормальная. Дети хорошие, спокойные. Телефон, интернет есть — и они в основном уже заняты, да и в школе, и в клубе с ними время проводят.
Корр.: — Значит, со связью проблем нет?
В.С.: — Связь есть в двух селах, кроме Савино. Поселение участвовало три года подряд в программе «Устранение цифрового неравенства». В 2024 году собирали подписи, голосовали на разных сайтах не только жители, но и те, кто уже уехал отсюда, родственники. Многие откликнулись, спасибо им. В этом году должны установить в Савино вышку сотовой связи.
Корр.: — Как обстоит дело с водоснабжением? Это особенно актуально в пожароопасный период.
В.С.: — У каждого в основном есть колодец, скважина. В Зубарево похуже: часть села на возвышенности, часть в низине. Там есть водокачка. Если люди работают, стараются, они уже себе и скважины сделали. В Савино водокачки нет — и это серьезная проблема для пожарной безопасности, особенно в весенний период. Ближе всех к нам пожарные части Первомайского и Урульги. Благо в том, что у многих на участках свои колодцы. Помогают, если нужно.
Корр.: — Сами жители как себя проявляют, поднимают ли какие-то вопросы, предлагают ли помощь? Решаете что-то сообща? Депутаты помогают?
В.С.: — Обращаются, по мере возможностей решаем что-то мелкое. Депутаты… Мы разговаривали с людьми, я за переход в округ. Может быть, структура по-другому перестроится. Сейчас мы, можно сказать, почти брошены каждый (из глав — прим. ред.) на произвол судьбы. Это называется местное самоуправление. Хотя сейчас мы в любом случае обращаемся в районную администрацию, при переходе на новую систему мы будем уже подчиняться непосредственно главе района. Спрос с глав будет, но и обеспечение должно быть централизованное, как я понимаю. Кто говорит о том, что власть уйдет из сёл, пусть пробует себя на месте главы, на месте районных депутатов. Сейчас лето наступит, предписание нам — скосить коноплю, будем своими силами травить, косить и уничтожать. Все своими силами и подручными средствами, потому что ставок разнорабочих нет. Также и мусор убирать за другими — снова мы. Мы же и пожарная дружина.
Корр.: — Насколько сильная миграция при таких условиях жизни из ваших сёл? Была ли у вас у самого мысль перебраться в населённый пункт покрупнее?
В.С.: — Очень большой отток молодежи, молодых мужчин. На железной дороге, когда я еще работал, большая текучка была. Ребята поработают, опыта наберутся и уезжают дальше, на крупные станции: Шилка, Карымская, Чита. Семейные берут ипотеки в городах, остаются там. Конечно, есть молодые семьи, кто остается, работает, дети в школу ходят. У меня мыслей уехать пока не было, мне в своем селе нравится.
Корр.: — Что, на ваш взгляд, нужно для комфортной жизни на земле сегодня? Что могло бы удержать людей сегодня в родных местах? Некоторые ведь даже перестают сажать огороды в селах, элементарно картошку.
В.С.: — Сложный вопрос. Дом построить у нас в селе сейчас тоже очень затратно. А потом его элементарно некому продать будет, если в дальнейшем человек куда-то соберется. Люди разные, в большинстве сажают овощи, ну есть и те, кто уже не хочет. Кто-то еще держит скот, в основном пенсионеры. Земли свободной много, часть в аренде под сенокосами. Много брошенного жилья.
Корр.: — Вы можете вступать в программы «Комплексного развития сельских территорий», узнавали, что для этого нужно? Если бы у вас была такая возможность, что бы вы хотели сделать?
В.С.: — Все соцобъекты бы отремонтировали, предписания бы выполнили.
Корр.: — А как вы взаимодействуете с вышестоящими органами власти? Допустим, как в министерстве финансов края узнают, что вам нужны деньги, чтобы отремонтировать что-то?
В.С.: — Мы подаем заявки в районную администрацию, когда идет планирование бюджета. Приходят различные запросы, какие, например, есть решения суда неисполненные. Мы отвечаем, всю информацию доводим. Но ситуацию это особо не меняет. Нам выставляют штрафы, оплата которых должна производиться или из бюджета администрации, или из моей зарплаты, если я оштрафован как должностное лицо. Проблемы же остаются нерешенными.
Корр.: — Я вспоминаю пример наших соседей из Могойтуйского района, где в одном небольшом селе удалось принять участие во множестве проектов и выиграть гранты. Сразу напрашивается аналогия с нашими селами: почему нет у нас такой активности или это неверие в способность что-то изменить?
В.С.: — Да, я читал про это село. Везде в программах есть софинансирование, нужно собрать средства с людей. Там многие, кто уехали из села, откликнулись и помогли деньгами. Да и молодые люди там остаются на месте, заводят семьи.
Корр.: — Ну вы же сказали, что ваши жители тоже откликнулись и проголосовали за подключение к связи Савино. Может быть, и с другими проектами стоило попытаться?
В.С.: — Да, конечно, можно попробовать. Но вот, что я заметил. Еще лет 10 назад у нас в Галкино не было свободных домов, а сейчас их около сорока. Самое главное для села, чтобы люди были, чтобы семьи заводили большие, чтобы все трудились, как было у наших предков. У моего деда было 11 детей, работал на железной дороге, вел еще домашнее хозяйство. 11 человек вырастил, дал всем рабочие специальности, все трудились, никто без дела не сидел. Конечно, многие односельчане уехали и добились больших успехов. Человек сам выбирает. Если есть возможность уехать, почему бы и нет. А кто не хочет или не может? Во многих селах края ведь вымирание еще раньше произошло, а теперь и к нам прикатилось.
Корр.: — То есть процесс вымирания сел, прежде всего, из-за оттока людей? А вообще нам нужно, чтобы эти села сохранялись, и не пустовала бы земля, за которую кровь проливали? Порассуждайте…
В.С.: — Я считаю, нам нужны на таких обширных территориях люди. Но власть не может же заставить человека остаться жить в селе. Опять же оставшиеся люди напрямую говорят, что они никому не нужны. Мужчины еще ездят на работу, а женщинам здесь на месте работать негде. Скоро, может, и некому будет развивать эти территории, даже если появятся тут рабочие места. Все взаимосвязано. Если у государства была установка в каждом населённом пункте открывать производство, то оно открывало. Я уже сказал ранее, что у нас в Савино был кирпичный завод. А где у нас сейчас в Забайкалье делают кирпич? Наверное, только в Чите.
Корр.: — Стоит пожелать вам терпения в вашей работе, прорывных идей и стимулов.
В.С.: — Да, всем нам терпения и здоровья.
Беседовала
Анастасия АЛЫПОВА
P.S.: Очевидно, что процесс оптимизации, урбанизации только будет набирать обороты и в недалеком будущем сомнет-таки небольшие поселения. Такие процессы уже давно разворачиваются и в центральной России, и на Урале, и в сибирских регионах. Огромные просторы страны вновь становятся необжитыми, зарастают дикой травой не только поля, но и былые усадьбы, улицы и руины прежней жизнедеятельности человека. А жаль…

Фото: личный архив В.С. Созинова