Наши читатели наверняка помнят, что со страниц «Шилкинской правды» к ним обращался за помощью житель Шилки Виктор Тюменцев.

Инвалиду по зрению необходима была материальная поддержка в организации поездки за собакой-поводырем. Мир не без добрых людей, и на просьбу откликнулся не один человек. Поездка состоялась, и вот уже в редакции мы встречаем Виктора с чудесным добрым четвероногим другом и помощником — лабрадором Идальго.
Особенность работы собаки-поводыря в том, что ее обладатель имеет право пройти в любое учреждение, и никто не должен воспрепятствовать в этом. Потому что в данном случае собака — глаза человека. О неравнодушии людей и особенностях общения с поводырем Виктор Тюменцев рассказал корреспонденту газеты.
— Витя, расскажи, как откликнулись люди, сколько удалось собрать средств, обратившись через газету?
— Получилось собрать около 20 тысяч рублей. Спасибо огромное за помощь, кто сколько смог — помог.
— Во сколько обошлась поездка? Знаю, что вылететь пришлось раньше запланированного. Как теперь будут возвращаться потраченные средства, и куда их направите? На благотворительность, как обещали?
— Нам позвонили, что есть возможность уже в августе попасть на обучение. 24 августа мы прилетели, сразу отправились в школу п. Купавны Балашихинского района Подмосковья. Затраты на перелет составили порядка 60 тысяч. Часть денег мы заняли в течение суток. Сейчас нужно ехать в службу социального страхования в Читу, подать документы на собаку, проездные талоны. В течение 30 дней мне должны вернуть затраченные финансовые средства. По поводу переведенных мне 20 тысяч, есть такой вариант создать благотворительный фонд. Я же не один в крае, который нуждается в собаке-проводнике. Эти деньги я хотел бы передать другому инвалиду, который поедет за собакой. Сейчас пойду в отдел соцзащиты, будем смотреть, кто на очереди, затем официально передадим ему. Но с тем условием, чтобы этот человек отчитался, что потратил их по назначению, и передал потом средства следующему нуждающемуся. Я думаю, это будет честно. В нашем районе поводырь пока единственный, в крае — третий.
— Расскажи, как проходило знакомство, обучение с твоим поводырем, имя которому по родословной Идальго?
— 26 августа нам вручили собаку, она уже начала жить с нами в гостинице. Сначала нам привели Идальго, он просто понюхал нас и все. Со следующего дня инструктор начал учить, как ходить и обращаться с собакой, сопровождал нас по спецгородку, мы обходили вместе все препятствия. Это спецкурс. Мы даже сюда сейчас шли, и Идальго обводил меня мимо всех кочек, колодцев, останавливался перед всеми ямками и препятствиями. В этом его работа и заключается. Я не вижу, а он останавливается и дает понять, что есть препятствие, узкий проход, двери. Учились мы до 3 сентября, в этот день сдавали заключительный экзамен. Экзамен сдавал не он, пес свой уже сдал перед тем, как мне его вручили. Идальго не допустил ни одной ошибки. Здесь же сдавал экзамен уже я: как умею обращаться с собакой, как она меня понимает и слушается. Сдали все без единой ошибки. По документам собака была передана мне в пользование, даны два паспорта: российский и заграничный. Владельцем собаки, по-прежнему, остается школа подготовки собак-проводников. Собака чипированая, ее передвижение отслеживается.
— Как поводырь в быту себя ведет?
— Он очень энергичный пес. 26 сентября ему исполнится полтора года. Он любит играть, ему нужно побегать. Сейчас пока нет возможности ему порезвиться, нужно выезжать на природу. Дома носит тапочки, поднимает все, что упадет. Поводок носит.
— Для окружающих Идальго безопасен? Он достаточно массивно смотрится, вызывает, наверное, небольшой испуг?
— Это чисто внешний вид. В школе принцип: малейшая агрессия у собаки — ее сразу выбраковывают, иначе как он будет водить? Он не реагирует ни на посторонних, ни на кошек, ни на собак, ни на птиц. Когда в шлейке или поводке — все, он работает. Лабрадоры сами по себе добродушные, привязчивые, поэтому их и стараются учить. Он стерилизован — природа его уже никуда не позовет.
— А люди вас как воспринимают, уже успел почувствовать?
— Смотрят, не пускают даже иногда. Но по удостоверению я имею право заходить с Идальго даже к врачу на прием, хоть куда. Не пустить меня не имеют права, иначе я пожалуюсь в прокуратуру. Собака-проводник является техническим средством реабилитации инвалида.
— Как ты думаешь, недавняя нашумевшая история с собакой-поводырем в Москве может повториться у нас?
— Может. Подготовка этой собаки стоила огромных денег, она очень умная, красивая. Поэтому их и чипируют, что подвержены риску. Если отпустить, он, конечно, от меня не убежит, но так как я не вижу, его может кто-нибудь увести.
— Нужна будет дальнейшая дрессировка его, приучение к тебе? Каким должен быть уход?
— Притирка, так сказать, у нас идет. Полтора года он жил с другим человеком, с инструктором, ему трудно перестроиться. Плюс перемена климата, времени, тяжело перенес перелет. На кормление, на ветобслуживание раз в год выделяется 20 тысяч. Ест он только сухой корм в среднем 350 граммов в сутки. На учет в ветклинику будем вставать здесь, на обслуживание ездить в Читу, тут, возможно, даже не будет нужной вакцины. Через год мы поедем в школу подготовки на дог-шоу, это будет гласное наблюдение, будут смотреть, как мы с ним работаем.
Беседовала А. АЛЫПОВА