9 декабря в России отмечается День Героев Отечества. В основе праздника лежит чествование Героев Советского Союза, Героев Российской Федерации и кавалеров ордена Святого Георгия и ордена Славы.

Но в нашем районе не осталось в живых ни одного человека, награжденного этими званиями. Живы немногие из тех, кто проявлял такие геройские качества, как самопожертвование, беззаветное выполнение долга, мужество и стойкость во времена Великой Отечественной войны. И пусть нет у них этого звания, мы все склоняем свои головы перед их солдатским подвигом.
Что понимать под словом героизм? Как часто употребляется словосочетание «герой фильма», а на самом деле это супернакаченный актер, вооруженный до зубов и выполняющий трюки в кадре. А может, все-таки, о чем мы часто забываем, герои — это те, кто умеет преодолевать свой страх перед неимоверными испытаниями, которые преподносит жизнь? Перед свистящей пулей, перед огненной стихией и лютым морозом, перед опасностью смерти, а в остальном, в обычной жизни они скромные люди? Именно на таких держится этот шаткий и такой непрочный мир, потому что хоть войны давно и нет, но если что, то хоть завтра в бой!
Вот так и живет герой моей публикации, воин-интернационалист Василий Федорович Давыдов из с.Казаново. Он предпочел бы не рассказывать о себе, так и сказал: «Не хочу рисоваться!» Но журналистская настойчивость взяла верх над этим скромным человеком.

В 1979-м году уроженца Таджикистана Василия Давыдова в составе полка первой боевой готовности срочным порядком перебрасывают из Украины, где проходил срочную службу, через весь Советский Союз в воинскую часть в Термезе (Республика Узбекистан). Через неделю самолеты с советскими военнослужащими приземлялись в аэропорту Кабула — столицы Афганистана. Мотострелков, вооруженных зенитно-ракетными комплексами, прикомандировали к артиллерийскому полку. Им предстояло охранять окраину города и патрулировать улицы. Тогда уже с оружием расставаться не приходилось, отношение к войскам было неоднозначным, но приказ есть приказ: защита мирного населения.
— Мы находились как бы внутри кольца обороны города. Конечно, было перемещение по стране на точки. Выезжали под Джелалабад, например. Занимались охраной и прикрытием войск, — рассказывает о своем предназначении на этой войне Василий Федорович. — Засады на колонны же афганцы устраивали. Едет, допустим, колонна, один человек с ней может справиться вполне. Дорога змейкой, серпантином вьется. Идет впереди БТР или БМП, 30-50 машин едут, сзади охрана. «Дух» сидит на горе, первую машину ликвидирует, она встанет. Начинаются суета, стрельба. И так один человек может погубить всю колонну.
В.Давыдов отмечает, что такого, как выпадало на долю десантников, в их роде войск не было, когда, вроде, «Градом» в 40 залпов ударят по кишлаку, взвод поедет и попадает под обстрел. А откуда стреляют — кишлака-то нет?!
— У нас по-другому было: лежишь всю ночь, бывало, наблюдаешь дорогу и сопку, но трудно разглядеть. Закат и рассвет — такое время, когда, вроде, и светло, а, с другой стороны, ничего не видно. В эти-то моменты всегда обстрелы и начинались. Главное, вот он сидит, а ты его не видишь, — изумляется бывалый воин. — До армии удивлялся выражению «пули свистят». Как они свистеть могут? Но почему-то действительно так. Чтобы попасть в тебя, «духу» надо высунуться, и стреляет он наугад, а ты идешь в это время смело. Пули летят мимо, и только слышится: «Фьють-фьють-фьють».
Страх постепенно уступал место равнодушию. И если вначале замполиты пропагандировали и стращали солдат, привозя убитых и замученных советских воинов, всё сжималось от страха. Позже стало всё равно, убьют или нет.
— Слышал, что пленным сначала предлагали принять веру и перейти на сторону душманов, а если отказываешься, тогда и пытки были, и убивали. У нас погиб командир взвода, остальных смерть обошла стороной. Если рассудить, сколько раз можно было попасться, — вспоминает Василий Давыдов. — Например, зарядкой занимались — пробежку делали с дружком Толей Пономаренко, без оружия. Сейчас удивляюсь, как нас там не выловили. Не было в этом геройства. Геройство в другом проявляется. Страх просто теряется, идет обыденная работа.
Мы с женой моего собеседника Людмилой Павловной как женщины, конечно, не можем согласиться с мнением Василия Федоровича. Для нас война и жестокость — противоестественны, лишены смысла, уродливы и ужасны.
— Никто в момент боя не думает о Родине, там свою жизнь пытаешься сохранить. Ты простой солдат и служишь, а за что и как, не думаешь. Некоторые потом спрашивали: «А зачем ты там служил?» Родина послала, и служил! — твердо чеканит Давыдов.
В 1980-м году Василий и его друг, командир зенитной установки Сергей Пряжевский из Казаново, демобилизовались. После армии собирались работать на БАМе. Погостив дома у Давыдовых в Душанбе, друзья вылетели в Забайкалье. Здесь произошло и знакомство с будущей женой, и строительство инфраструктуры поселка Куанда в районе «золотой» стыковки БАМа. Два года прожил на севере Василий Федорович, а потом: труба зовет, хотелось везде поучаствовать, путешествовать. Так с семьей потом и перелетали. Жили в Душанбе, но когда там начались столкновения, война, вернулись назад. В Средней Азии легко жить, все цветет и растет, все дружны между собой. Вот только борьба за власть приводит к кровопролитию.
— На войне насмотришься, потом к таким вещам проще относишься. Уже на гражданке работал и в пожарке, и на химзаводе газоспасателем. Люди гибнут — приходится искать, работа такая. Я такой человек, мне охота куда-нибудь лезть, в тот же огонь, экстремально все это, — говорит Василий Федорович.
В 1983 году вышел приказ, приравнивавший воинов-афганцев к участникам боевых действий и позволявший им пользоваться льготами. А герою моей статьи приходилось доказывать, что он служил в Афгане, чтобы хотя бы удостоверение получить, что он там был. Писал в Ленинградский архив, а оттуда ответ — такой части не существовало, и такого человека нет. Получил удостоверение, когда уже и СССР не было. Брат жены помог, показал свой билет, часть одна и та же написана, шурину выдали корочки, а Василию — нет. Но для бывалых солдат, ветеранов Великой Отечественной войны, человек, понюхавший пороху, становился своим, близким по духу, и эта связь поколений сохранялась, несмотря ни на какие бумаги или их отсутствие.
— В Таджикистане уважительно относились, муж работал на химзаводе, почет оказывали, хотя не было никакой бумажки, что он воевал. А он сам скромный. Да и что нам надо, дочерей вырастили, внуков растим, деда любят безумно и дед от них без ума! — смеется жена Людмила.
И все же за риск, стойкость, мужество, верность долгу этот солдат получил признание. В 2014 году Василию Давыдову и воину-интернационалисту Леониду Четвертневу на праздновании дня села в Казаново была торжественно вручена медаль «25 лет вывода войск из Афганистана».
— Я живу сам по себе потихонечку да и ладно. Если бы было надо, я бы и сейчас отправился воевать. Слово «надо» не искоренить, это заложено в нас. Дан приказ, и мы — на запад, как говорится. А с другой стороны, если судить по ребятам, с кем я встречался, удаль — это мало! — рассуждает Василий Давыдов. — Народ свое геройство проявляет, на мой взгляд, из-за страха. Когда не знает, что надо делать, и наобум рванул! Правильно сделал — значит, герой! Может я не прав, но мне так кажется.
Анастасия Алыпова