Война – страшная трагедия в судьбе человечества. Она приходит в жизни людей и рушит их взрывами, выстрелами и смертями. К сожалению, и нашу Родину война не обошла стороной. Летом 1941 года она ворвалась в спокойную жизнь многих народов. Она, как смертельный ураган, сломав все мечты тысячи юношей и девушек, уничтожила нажитое годами, счастливую жизнь, навсегда вписалась в память детей, переживших этот страшный период.

Дети войны – так называют поколение детей, которые жили в годы Великой Отечественной. Многие из этих детей не почувствовали и не познали любви отцов, погибших на фронте.
Судьба моей прабабушки Надежды Леонтьевны Колотовкиной, родившейся в 1940 году в далёкой украинской деревушке Куличка, похожа на судьбу многих детей военных лет. Ей было всего 1,5 года, когда началась война. Старшей сестре Вере – три. Конечно, я подумал, что моя прабабушка ничего не помнит и не знает о своем военном детстве. Но я ошибся. Прабабушка, опираясь на рассказы своей мамы Прасковьи Ивановны Хелемеля 1914 г.р., рассказала мне много интересного.
Немецкие самолеты бомбили деревню. Вскоре улица, где жила прабабушка, была почти сожжена. Жители, кто уцелели, прятались, где могли. Семья моей прабабушки возле сгоревшего дома выкопала яму-землянку в человеческий рост, стаскали туда, что могли найти на пепелище: железную кровать, уцелевшую утварь. Стали жить в землянке. Чтобы не умереть с голоду, рвали лебеду, крапиву, делали «болтушку» с мукой, собирали мелкий картофель, оставшийся в поле, варили его, делали драники. «Вкус этих драников как будто до сих пор чувствуешь на языке», — горестно вспоминает бабуля. Немцы то приходили в деревню, то отступали. Они ходили по всей деревне и выносили всё, что было у людей. Женщины с детьми прятались за деревней в камышах. Было страшно и жутко, ждали, когда немцы уйдут. В один из таких набегов угнали у семьи корову. Но корова оказалась умной, сбежала. Ее опять немцы угнали, она сбежала снова. Видно чувствовала, что голодно будет без неё. Когда прабабушка это рассказывала, слёзы наворачивались у нее на глазах.
Через некоторое время семье дали комнату в многоквартирном бараке. У каждой комнаты был отдельный вход с крылечком. Там и жила семья до переезда в далёкое Забайкалье. Дня Победы бабушка не помнит. Помнит только, что после войны привезли к ним в село погибших солдат-односельчан. Захоронили в братской могиле и поставили памятник.
Шел 1947 год, настало время Наде идти в школу. Надо было собраться – не было ничего. Мама Нади работала в колхозе. На каждую из женщин выделяли по 1 га сахарной свёклы и половину гектара картофеля. Утром вместе с матерью Надя отправлялась на картофельное поле. Ее мама, налив молока в бутылку, взяв кусок хлеба, глянет в окошко: «Ой, Клавка-то уже пошла!», — схватит за руку дочку — и на поле. Сначала сажали свеклу, делали дорожки, потом ее прореживали на расстоянии 20 см друг от друга. Когда вырастала, убирали вручную. Отделяли корнеплод от ботвы, грузили в машину, ботву – в другую. Сеяли коксагыз — растение, похожее на одуванчик. Когда он созревал, ребятишки брали туесочки и собирали семена. Собирали вручную рано утром, чтобы на них была еще роса. Иначе семена не собрать, они, как парашютики, разлетались. А потом копали корешки. Все это сдавали в колхоз. Я заинтересовался, для чего нужно было это растение, и нашел ответ. Оказывается, оно богато каучуком, который нужен был для изготовления резины. Было указание правительства выращивать эту культуру.
Чтобы обуться и одеться к школе, Надя в 7 лет нанялась на работу. Из трех-четырех домов она собирала гусей и пасла их. Нужно было всех гусей уберечь. А гусята – птицы неуклюжие, по ямкам побегут, упадут, перевернутся, встать не могут. Если не укараулишь, никакой оплаты не будет. А платили: кто платье, кто обувь, кто платочек отдаст. А чтобы гусята были пожирнее, ребятишки их на колхозное поле на свой страх и риск загонят. Но как только увидят объездчика, угонят их в речку и сами туда же прыгнут. Объездчики носились быстро, того и гляди, поймают ребятишек.
Ни праздников, ни развлечений не было у деревенских ребятишек. Отучилась Надя четыре года в деревне и перешла учиться в соседнее село Будылка. Ходить приходилось по 5 км туда и обратно. Учились во вторую смену. «Сидишь на уроке, смотришь в окошко, за окном сереет, а еще идти обратно. Выйдут старшие ребята, а мы бегом за ними. Было очень сыро всегда, мама сшила нам «крыпотки» из тяжелой ткани, а сверху надевали галоши. Шли долго, приходили затемно, делали уроки и ложились спать», — вспоминает прабабушка.
Отучилась моя прабабушка еще два класса, и переехала семья в далекое Забайкалье. В семье уже было три дочери. Отправили их как переселенцев через всю страну. На каждой станции высаживались семьи для проживания. Довезли их до станции Приисковая, а оттуда – до села Савватеево Нерчинского района. Мать и отец вышли на работу в колхоз. Надя училась в селе Пешково и жила неделю в интернате. Жизнь вроде начала налаживаться. Уходила Надя в интернат все также пешком. «Мама соберёт рюкзак гостинцев: три литра молока, обязательно кипячёного (чтобы дольше не скисло), булку деревенского хлеба, горсть муки, кусочек мяса, если было. И пойдем мы с подружками пешком, а мальчишки на велосипедах едут», — продолжает бабушка. При воспоминании про житье в интернате прабабушка веселее стала рассказывать: «Вспоминается такой случай. У одной девочки семья была «крепкая», то есть, можно сказать, по тем временам богатая. Зайдем мы за ней, а родители ее говорят, что она сегодня не пойдет в школу. А потом мимо нас провезут ее братья на лошади. Ох, и злые же мы были на нее, хоть бы рюкзаки наши взяла!».
В воскресенье приходили из дома богатые, два дня пировали. С банок сливки съедали, что вкусное было. В избе, где жили девочки, стояло 10 железных кроватей, спали по двое, стояла печка и стол на «козьих ножках». За печкой жила нянечка. Со школы приходили, печка топится, вода в чугунке кипит. «Мы с Лидой водички в кастрюльку плеснем, Лида мешает, а я «затируху» (муку) в ладошках мну. Похлебаем и уроки делаем. Никаких завтраков, обедов никто не варил, сами себе готовили, из чего придётся. Никогда не унывали, некогда было. Праздники проводили, репетировали, выступали везде. Особенно любили спортивные выступления с гимнастическими номерами. Очень строго в интернате было. Опоздаешь или не придешь — отчисляют. А если жить на квартире, нужно было привезти машину дров. А где их взять? Домой-то заготавливали на себе да на лошади, у кого была», — вздыхает бабуля.
В выходные любила Надя с подружками на танцы бегать в деревенский клуб. А нарядов никаких не было, мама туфли школьные не разрешала надевать. Сестрёнка Валя убежит, а Наде тоже хочется. Так придумали же: покрасят ножки по щиколотки краской, будто сапожки, и на танцы!
Окончила Надя восемь классов. Мечтала она стать швеей. Чтобы выучиться, нужно было ехать в Нерчинск да к тому же иметь свою машинку. Но тут в дом снова постучалась беда — умер кормилец-отец. У матери на руках осталась четырехмесячная дочь, самая младшая сестра моей прабабушки. Куда было ехать Наде? Не оставлять же всех? Так Надиной мечте не суждено было осуществиться. В 14 лет пошла она работать в колхоз. Начались трудовые будни. Тяжёлой была работа для девочки-подростка: заготавливала сено, силос, работала в телятнике. За старание и трудолюбие отправили Надю на месячные курсы в Нерчинск в сельхозтехникум на опытную станцию. После окончания курсов она вернулась в свой колхоз и стала работать дояркой. Дали коров, доила вручную, три раза в день. Трудилась на совесть с полной отдачей. С годами, как водится, пришли мастерство, опыт. Поэтому нередко оказывалась Надежда в числе лучших. Была отмечена грамотами, наградами. В ее домашнем архиве хранится увесистая пачка почетных грамот и благодарственных писем.
Надежда Леонтьевна – ветеран труда, общий ее стаж 35 лет, 20 из которых проработала она в животноводстве. Все силы, здоровье отдала сельхозпроизводству, но никогда не жаловалась, что было трудно. Считает, что жизнь удалась. Дети выросли, сегодня бабушку радуют трое внуков и шесть правнуков. Накануне своего 80-летия моя прабабушка, пережив страшную войну, голод, по-прежнему остается доброй, отзывчивой, чуткой, внимательной и очень заботливой. Несмотря на все трудности, которые ей выпадали в жизни, она всегда сдержанная. Воспоминания о своем детстве дались ей нелегко, хотя она часто приводит примеры из жизни. Хочется взять для себя ее доброту, отзывчивость и оптимизм, а ей пожелать долгих лет жизни.
Много времени прошло с тех кровавых времен, когда шла война, но память о великом подвиге советского народа навсегда останется в наших сердцах. Мы не должны забывать уроки истории. Иначе все может вернуться. Мы не должны этого допустить.
Артём Колотовкин,
студент
Читинского
политехнического колледжа