На днях, 3 декабря, работники судов отметили свой профессиональный праздник — День юриста.

Не так много в мире специальностей и должностей, настолько ответственных и сложных, требующих больших интеллектуальных и эмоциональных затрат, как судьи, в руках которых подчас жизнь и судьба человека. Ведь важно не только решить, «казнить или помиловать», — на кону справедливость. Будет ли она торжествовать, понесет ли виновный заслуженное наказание, и получит ли невиновный законное оправдание, сохранится ли, в конечном счете, вера людей в справедливость вообще? Во многом это зависит от честности, объективности, независимости судьи, его стремления установить истину и вынести единственно верное решение.
Сегодня нашей собеседницей стала председатель Шилкинского районного суда Елена Викторовна КАЗАНЦЕВА.

— Елена Викторовна, для начала введите, пожалуйста, нас с читателями в специфику Вашей достаточно закрытой профессии. Из чего состоит рабочий день судьи?
— Рабочий день судьи состоит из того, что он рассматривает гражданские, уголовные, административные дела, различные материалы, которые назначены по графику к рассмотрению на этот день, и изучает дела, заявления, поступившие в суд, распределенные председателем суда, назначает их к рассмотрению в соответствии со сроками рассмотрения дел. Также в течение дня, если дело рассмотрено, судье необходимо принять решение, вынести приговор и огласить процессуальные документы. Кроме того, судье надо проверить протокол судебного заседания, изучить законодательство, судебную практику.
— Насколько известно, вузы судей не готовят. Как же тогда становятся судьей и, если можно, как развивалась Ваша карьера?
— В соответствии с Законом РФ «О статусе судей в Российской Федерации» судьей может быть гражданин Российской Федерации, имеющий высшее юридическое образование по специальности «Юриспруденция»; не имеющий или не имевший судимости либо уголовного преследования; не имеющий гражданства иностранного государства либо вида на жительство или иного документа, подтверждающего право на постоянное проживание гражданина Российской Федерации на территории иностранного государства; не признанный судом недееспособным или ограниченно дееспособным; не состоящий на учете в наркологическом или психоневрологическом диспансере в связи с лечением от алкоголизма, наркомании, токсикомании, хронических и затяжных психических расстройств. Судьей районного суда может быть гражданин, достигший возраста 25 лет и имеющий стаж работы в области юриспруденции не менее 5 лет. То есть, необходимо высшее образование, возраст, стаж работы и отсутствие препятствий для назначения на должность. Но, кроме того, еще необходимо сдать квалификационный экзамен. Я после окончания института работала юрисконсультом, затем в органах прокуратуры в разных районах. С 1999 года стала судьей Шилкинского районного суда, с января 2012 года — его председателем.
— Как оцениваете судейский корпус Шилкинского районного суда с профессиональной точки зрения?
— Он состоит из судей И.П. Сатиной, А.А. Клинова, М.С. Мартыненко, Е.С. Халудоровой. Судьи работают у нас разный период времени, но не более пяти лет. Несмотря на молодой возраст, это грамотные, квалифицированные специалисты.
— В стране во всех отраслях непрерывно происходит то или иное реформирование. Судебная система не исключение, тоже переживает реформу. Какова ее конечная цель?
— Конечная цель судебной реформы мне неведома, так как она проводится на высшем уровне. В любом случае, она направлена на то, чтобы правосудие было более доступным, гласным, открытым.
— Да, сейчас говорят, что судебные органы становятся более открытыми для общества, для населения. В чем это выражается на практике?
— В настоящее время информация о рассматриваемых и рассмотренных делах доступна в интернете, не закрыта для журналистов. Судебные заседания являются открытыми, куда может прийти любой гражданин, за исключением определенной категории дел, например, дел против половой неприкосновенности.
— Что такое, по-Вашему, независимый суд и возможно ли независимое правосудие в условиях российских традиций и менталитета? Вам приходилось сталкиваться с давлением извне на принятие решения? Если да, то как удается держать дистанцию?
— Независимый суд — это суд, который сам принимает решение без оглядки на чье-то мнение, независимо от позиции государственного обвинителя и защитника. В условиях российского законодательства и менталитета это достижимо. Мне и другим судьям не приходилось сталкиваться с давлением извне на принятие решения. В настоящее время любое такое давление должно быть предано огласке, доведено до сведения председателя суда, выложено в интернет.
— Что такое справедливое решение в Вашем видении? Почему иной раз по резонансным делам выносятся, по мнению общества, не понятные приговоры, если вспомнить, допустим, дело «Оборонсервиса» с фигуранткой Васильевой?
— Справедливое решение, в моем понимании, — это когда оно принимается в строгом соответствии с законом. Есть такое высказывание, что справедливость — это торжество закона. Говорить о справедливости по каким-то конкретным делам, включая «Оборонсервис», невозможно, не зная материалов дела, фактов, по которым предъявлено обвинение, не рассмотрев его самому, не оценив доказательств.
— Судья считается вершиной юридической пирамиды, его решение по определению должно быть истиной в последней инстанции. Но ведь наверняка именно в процессе судопроизводства всплывают досудебные огрехи, недоработки следствия, слабая доказательная база и т. д. Как судье при этом вынести справедливое решение — остается руководствоваться обостренным чувством справедливости, своим жизненным опытом, профессиональной интуицией или чем-то еще?
— Действительно у нас есть дела, которые расследованы некачественно, где бывает слабая доказательная база. В случае грубых нарушений по нормам уголовно-процессуального законодательства дело может быть возвращено прокурору для устранения препятствий рассмотрения дела судьей. В любом случае, при рассмотрении суд руководствуется, в первую очередь, требованиями закона, а доказательства оценивает по своему внутреннему убеждению. В практике Шилкинского районного суда есть такие дела, по которым вынесены оправдательные приговоры, которые возвращены прокурору.
— Вам знакомо чувство профессиональной удовлетворенности?
— Да, мне знакомо это чувство, когда виновный человек понес заслуженное наказание.
— Как справляетесь с большой личной ответственностью за принятие решений и примиряете в себе женщину и профессионального судью? Ведь за большинством из судебных вердиктов сложные человеческие жизненные ситуации. Позволяете ли эмоциям брать верх над Вами или у судей вырабатывается притупление чувствительности к чужому горю как защитная реакция на большие психологические нагрузки?
— К большой личной ответственности за принятие решений я привыкла, я, думаю, что это должно быть в характере — умение принимать решения. По поводу примирения женщины и судьи — на работе я, прежде всего, судья, руководитель. А дома могу и рукоделием позаниматься, и приготовить что-то, пообщаться с близкими людьми. У меня притупления чувствительности к чужому горю не наступило. При принятии решения я не руководствуюсь эмоциями. Но, когда дело эмоционально сложное, переживаю, волнуюсь. Бывает, что жалко несовершеннолетних подсудимых отправлять в места лишения свободы, но если того требует закон, то приходится руководствоваться нормами закона, несмотря на жалость.
— Нарисуйте, пожалуйста, портрет среднестатистического подсудимого и назовите самое типичное преступление для нашего района?
— Основной вид преступлений в нашем районе — это кражи и приобретение, хранение наркотических средств. Это основная масса уголовных дел. Подсудимые, в среднем, не работающие молодые люди, большая часть преступлений совершается в состоянии алкогольного опьянения.
— Какие процессы считаются самыми сложными?
— Самые сложные процессы в плане организации — это групповые дела с большим количеством подсудимых, множеством эпизодов, когда необходимо собрать и допросить большое количество людей.
— У судей существует процессуальная специализация, когда кто-то рассматривает, скажем, гражданские, кто-то уголовные дела или дела об административных правонарушениях?
— В Шилкинском районном суде специализации не существует, все судьи рассматривают гражданские, уголовные, административные дела. Это связано с небольшим количеством судей и большим количеством рассматриваемых дел.
— Можете что-то рассказать о других и участниках процесса — адвокатах, прокурорах, свидетелях? Насколько они помогают или осложняют Вашу судейскую работу?
— В процессе участвуют при рассмотрении уголовных дел государственный обвинитель и защитник подсудимого. Каждый из них выполняет свою роль. Государственный обвинитель поддерживает государственное обвинение, защитник защищает подсудимого, поэтому говорить о помощи или осложнениях с их стороны не приходится. Неявка свидетелей по делу затрудняет работу в суде, так как приходится в этом случае откладывать судебное заседание.
— Хочется знать, работает ли механизм обеспечения безопасности участников процесса? Я имею в виду обеспечение государственной защиты потерпевших, свидетелей, истцов и т. д. Вообще, этот вопрос актуален для местного правосудия?
— Механизм обеспечения безопасности участников процесса работает на стадии предварительного расследования. В данном случае по делу проходит засекреченный свидетель, которого суд допрашивает в условиях, исключающих видимость свидетеля, путем переговорного устройства. Для этого в суде имеется комната для допроса тайного свидетеля.
— В Шилкинском районном суде действует суд присяжных? Насколько это эффективный инструмент правосудия?
— Суд присяжных создается только в Забайкальском краевом суде и рассматривает дела определенной категории по ходатайству подсудимого.
— Всем, наверное, интересно — в совещательную комнату судья уходит с уже сформулированным решением?
— После рассмотрения дела судья уходит в совещательную комнату, где может обдумать все доказательства, еще раз посмотреть законодательство, судебную практику и принять решение по делу.
— Понятно, что Ваша профессия предполагает уважение к Закону. И, тем не менее, я выскажу, возможно, крамольную мысль, а Вы поправьте, если я не права. Наше законодательство так стремительно меняется, что, наверное, даже профессионалам сложно за ним угнаться. Вместе с тем, общим местом стали разговоры о несовершенстве законов, «дырах» и «лазейках», которыми успешно пользуются предприимчивые люди, о сложной их практической реализации. Поэтому неудивительно, что применительно к законам зачастую используется такое определение, как «несовершенные». Оцените, пожалуйста, качество отечественного законотворчества.
— Оценить качество отечественного законотворчества можно с той стороны, что оно действительно меняется стремительно, за ним очень сложно следить даже профессионалу. Имеются такие нормы права, которые на практике не применяются. Такое у нас время, приходится приспосабливаться и нам. Законотворчество оно качественное, но быстро меняющееся.
— Следующий вопрос не по адресу, но хотелось бы знать Ваше мнение. Вам представляется правильным, что государство, считаю, достаточно ощутимо перекладывает часть своих каких-то регулирующих функций и основную долю ответственности за все происходящее в социуме, например, за решение сложных вопросов взаимоотношений с разными ведомствами на самого гражданина. Поясню. Государственная политика подводит нас к тому, что каждый из нас должен самостоятельно отстаивать свои интересы, которые на каждом шагу ущемляются. Будь то распоряжение пенсионными накоплениями, вопросы по начислению платежей за ОДН или в фонд капремонта, трудовые отношения и т.д. Неужели мы все, население, включая пенсионеров, должны теперь обретать базовые юридические, экономические или даже технические знания, а заодно и формировать у себя активную гражданскую позицию? Не лучше ли, чтобы надзорные и контролирующие органы на корню пресекали хотя бы наиболее массовые нарушения закона, и не было такого, что каждый гражданин сам доказывает свою правоту в частном порядке?

— По поводу вопроса, что население должно обретать базовые знания, могу пояснить, что на уровне школьных знаний все же человек должен знать свои права и как их отстаивать. Массовые нарушения закона у нас защищаются прокуратурой, просто гражданину надо туда обратиться с заявлением. В настоящее время в этой сфере есть много индивидуальных предпринимателей, которые могут оказать помощь, помочь обратиться в суд. В Шилкинском районном суде имеются дела, по которым процессуальным истцом выступает прокуратура, в частности, по невыплате заработной платы.
— Есть и другая сторона активности граждан. Всегда в обществе бывает определенная категория людей, склонных по любому поводу обращаться в суд. Кстати, как Вы относитесь к так называемым сутягам?
— Есть у нас такие люди в каждом, наверное, районе, которые обращаются в суд по любому поводу. К таким людям мы относимся терпимо, это их право.
— На мой взгляд, с введением новых законодательных норм постепенно утрачивается такой важный инструмент воспитательного воздействия на правовое сознание людей, как общественный контроль. С этим в профессиональной деятельности сталкиваются и газетчики, и правоохранители, когда до принятия судебного решения накладываются ограничения на распространение массовой информации о преступлении и персонифицирование его участника. Да и вообще, сейчас любую деловую критику стремятся толковать как посягательство на честь и достоинство. Что Вы думаете на сей счет?
— Я согласна с Вами, что в настоящее время любую деловую критику стремятся толковать как посягательство на честь и достоинство. Я думаю, что это зависит, прежде всего, от человека, который считает, что его оскорбили либо посягнули на его честь и достоинство, каждый сам решает, как, каким образом защищать свою честь и достоинство. В каждом времени свои правила. И всегда будут такие люди. Раньше вызывали на дуэль. А теперь есть возможность обратиться в суд с иском и взыскать компенсацию морального вреда.
— На уровне бытового сознания существует представление, что все вокруг пропитано коррупцией. В Шилкинском суде уже наработана какая-то судебная практика в направлении противодействия коррупции?
— Коррупция в соответствии нормами законодательства — это злоупотребление служебным положением, дача и получение взятки, злоупотребление полномочиями, коммерческий подкуп либо иное незаконное использование физическим лицом своего должностного положения вопреки законным интересам общества и государства, в целях получения выгоды в виде денег, ценностей, иного или услуг имущественного характера.
В случае, когда уголовные дела коррупционной направленности поступают в суд, мы их рассматриваем по существу. В суде создана комиссия по противодействию коррупции, на заседании которой мы должны рассматривать факты коррупции в отношении государственных служащих, работников Шилкинского районного суда. За все это время таких заявлений не поступало.
— Не думаете, что сейчас даже у детей с младых ногтей культивируется терпимость к коррупции — я говорю о бесконечно практикуемых подношениях, взносах, подарках в детсадах, школах, институтах и т. д.? Дети все это видят, впитывают. Общаешься с молодыми — они считают нормой, когда кто-то кому-то дает деньги или выполняет услугу для решения личных вопросов! А потом говорим: «У людей криминализированное сознание…»!
— Если говорить о бесконечных подношениях, подарках в школе, институте и что таким образом прививается терпимость к коррупции, я думаю, что это все же зависит от сознания самих людей. Такой порядок заводят сами родители, на собрании решают, что купят в подарок школе, детскому саду. Все соглашаются. Если родители не будут дарить подарки, приносить какие-то подношения, взносы, то учреждение от этого не перестанет работать. Если тот человек, которому несут подарок, будет категорически отказываться от той же коробки конфет, то тот, который ее принес, уйдет ни с чем. Правильно? А свои законные права, если они нарушаются, все равно можно отстоять путем жалоб в различные органы, обращением в суд. Но это длительный путь. И это сразу породит вопрос: «А как вы относитесь к тем людям, которые по всякому поводу обращаются в суд?» А если родители не будут решать свои вопросы при помощи материальных ресурсов, то с кого дети пример будут брать?
— Если правильно понимаю, порядок в суде обеспечивают сотрудники службы судебных приставов. Вопрос о профессиональном этикете. Почему среди них считается допустимым демонстрировать неуважение к посетителям. Была невольным свидетелем, как, например, один такой страж порядка в гражданской одежде, не смотря на приличную разницу в возрасте, крикнул посетительнице вдогонку: «Эй, куда пошла? Паспорт давай!». Это профессиональная деформация или что?
— По вопросу профессиональной этики службы судебных приставов нужно обращаться к старшему судебному приставу в Шилкинском районе В.П. Сизову, так как данные лица в мое подчинение не входят.
— И напоследок. Как сделать, чтобы люди стали законопослушными?
— Чтобы все граждане стали законопослушными, это невозможно. Всегда в обществе были, есть и будут преступники, те, кто нарушают закон. Кто в силу воспитания, условий проживания, кто иногда и сам не знает зачем.
Интервью подготовила
О. Терещук